Эдуард Россель рассказал, что Владислав Тетюхин доверял ему 

Когда стало известно об уходе Владислава Тетюхина, то сразу возникла мысль позвонить бывшему губернатору Свердловской области Эдуарду Росселю. Именно во времена его работы главой области Владислав Валентинович возвращал жизнь на ВСМПО, а затем начал строить свой суперсовременный медцентр в Нижнем Тагиле.


— Можете вспомнить, как познакомились с Владиславом Валентиновичем?


— С Владиславом Валентиновичем я познакомился тогда, когда мы подбирали директора ВСМПО. Мы искали того, кто мог бы восстановить его, так как он находился в ужасном состоянии. И тогда мне рекомендовали Тетюхина. Я с ним встретился, мы поговорили, разработали видение восстановления. Поскольку мы понимали, что внутреннего рынка для титана нет и еще долго не будет, то стали ориентироваться на экспорт.


Я созвонился с президентом Boeing и договорился, что мы приедем на совет директоров. Владислав Валентинович взял с собой ведро и лопату из титана. Когда американцы увидели, что мы из титана делаем лопаты, то были ошеломлены. В итоге договорились, что будем поставлять на Boeing заготовки для шасси и другие детали.



Благодаря этому завод стал подниматься. После этого американцы увидели, что предприятие серьезное, что нам можно доверять. И в итоге появился самый современный цех по обработке титана. Дальше, еще при мне, мы пробили Титановую долину, где американцы решили поставить завод по чистовой обработке титана.


— Обсуждал ли он с вами идею строительства клиники в Тагиле?


— Где-то 14 лет назад, я еще был губернатором, Владислав Валентинович пришел ко мне и сказал: «Эдуард Эргартович, я накопил денег и хочу сделать хорошее для людей, оставить что-то важное после себя». Он поделился идеей сделать больницу, где можно будет менять суставы. У нас в области такой больницы не было. Я его поддержал. В итоге он построил самую современную больницу во всем мире. Я это смело говорю, так как объездил много стран.



— Когда вы последний раз общались с Владиславом Валентиновичем?


— Месяца два назад он мне позвонил и сказал: «Эдуард Эргартович, я ухожу из жизни — надо определиться, что с больницей». Я ему тогда предложил, что его клинику надо сделать филиалом областной больницы. Если бы была моя воля, то немедленно подписал бы такой указ. Он в принципе согласился, хотя у него несколько иная точка зрения была. Владислав Валентинович сказал, что надеется на меня. «Не волнуйся и живи», — ответил я ему тогда. Но он уже знал, что вот-вот умрет.


— Что же теперь будет с его клиникой?


— Когда стало известно об уходе Владислава Валентиновича, то я позвонил Алексею Орлову (вице-губернатору Свердловской области. — Прим. ред.) и высказал ему свою точку зрения. Там можно решать не только вопросы, связанные с заменой суставов, но можно расширить перечень услуг. Орлов со мной согласился.



Жаль, что человек ушел. Но так Бог сделал нас. Думаю, что когда он придет наверх, то Бог зачтет ему все благородное, что он сделал для людей. Он был замечательным человеком. У нас были товарищеские отношения, Владислав Валентинович делился со мной такими вещами, которые никому больше не говорил.


— С Владиславом Валентиновичем мы общались в 2015 году. И он искренне не понимал, почему он вложил свои миллиарды в клинику, но она оказалась не нужна.


— Да, недостаточно выделяется денег областью на такие операции. Мы делаем таких операций в четыре раза меньше, чем те же американцы. Министерство здравоохранения России же хочет делать эти операции по всей стране, размазывая тонким слоем деньги. Это бессмысленно. У нас есть клиника Тетюхина — вот она и должна делать подобные операции для всех жителей Уральского округа. Но этого не происходит.



— Вы говорите, что клиника Владислава Тетюхина должна стать филиалом областной больницы. Я сегодня там был как раз. И скажу, что ни в какое сравнение с центром в Нижнем Тагиле, который по-настоящему европейский, она, конечно, не идет.


— Необходимо так проработать эту тему, чтобы клиника в Нижнем Тагиле была более или менее самостоятельной. Но федеральный Минздрав нам не переломить. Надо сделать так, чтобы в нижнетагильской клинике было больше услуг. Я такую мысль высказал Орлову.


— Может быть, стоит официально переименовать клинику?


— Конечно, тут вопросов нет. Надо именно так сделать, чтобы осталась память о таком человеке.


— Вообще мало таких людей, которые готовы расстаться с большими деньгами.


— Таких людей больше и нет.