Евгений Непомилуев открыл свои первые заведения в Тюмени, а потом взялся за Екатеринбург 

В бывшей типографии «Уральский рабочий» в этом году открылось сразу несколько новых заведений, одно из них — мексиканский бар. Правда, проработал он здесь недолго: из-за того, что латиноамериканцы много пили и громко шумели, им пришлось съехать. К тому же за две недели работы они успели затопить своих соседей — Plov Project, которые тоже появились здесь совсем недавно. Это третья в городе чайхана Plov Project. Она больше (900 «квадратов»), чем две предыдущие, которые ютятся в торговых центрах. 


— Реализация заняла 9 месяцев. От старта стройки и до открытия. В моей практике это самый продолжительный и самый большой проект, — рассказал Е1.RU учредитель заведения Евгений Непомилуев. — У нас над реализацией проекта работают больше 50 разных подрядчиков, начиная с тех, кто кладет плитку, и заканчивая теми, кто продает оборудование и тарелки. Здесь было такое... Тут был черный потолок, полностью замазанный, старые деревянные окна. Мы пришли и сделали красиво.


Новый ресторан занимает в «Доме печати» 900 «квадратов»


Как следует из названия, без плова здесь никуда


Plov Project проект приезжий. Евгений привёз его из своего родного города — из Тюмени, где открыл две первые чайханы. Этот же учредитель открыл у нас в городе грузинский ресторан «Счастье», который работает в «Гринвиче». О том, где появятся следующие заведения, ресторатор прогнозов давать не торопится. Хотя, говорит, что предложения ему поступали из Казани, Новосибирска, Омска, Челябинска и Сочи.


— Ко мне подходили люди и говорили: давайте откроем в Омске. Я говорю: давайте. У нас планов нет, но если будут запросы и пожелания партнерства, то мы за. По Омску мы даже вступали в переговоры, я думаю, что заведение там будет рано или поздно. Мне кажется, что Plov бы там хорошо восприняли. Суть в том, что мы не делаем пока франшизу, потому что если уж и будем, то хотим быть уверенными, что у других получится так же, как у нас. Сейчас все франшизы, которые существуют, делают для того, чтобы заработать: «У меня бизнес не получится, сделаю франшизу и заработаю на ней». Сейчас молодые предприниматели (и не только) грешат такими историями. Мы не говорим: давайте заработаем. Мы говорим: давайте сделаем гостей счастливыми. Если вы будете играть, скажем, в большой теннис и смотреть постоянно на счет, то вы проиграете.


— Через сколько окупится этот «Plov»?


— Ресторан — дело не дешевое. Из-за того, что он в два раза больше, чем другие, то он в два раза дороже. У нас самое передовое техническое оборудование стоит на кухне. Не могу разглашать цифры, но не каждый потянет такой ресторан. Это дорогой проект.


Евгений не торопится рассказывать, сколько денег он тратит на свои рестораны и где появится следующий, но немного рассказал о том, каким проектом займётся


— Кроме чайханы, вы в ближайшее время планируете браться ещё за какие-то проекты?


— В следующем году будет рыбный ресторан. Там много всего будет, но фундамент — рыба. Индивидуальный проект со своим брендом, интерьером, меню. Есть точно план, что он будет один в городе. 


Ресторанами Евгений занимается больше 15 лет и на его счету уже 22 реализованных проекта. Сейчас он живёт в Москве, но там у него проектов нет: 


— Каждый город очень сильно отличается друг от друга. Дело не в лицах, а во внутригородской культуре. Где точно нельзя открывать ресторан, так это в Питере, если там не родился и не жил. Там вот не идет. Там даже у Новикова и у Раппопорта (крупные московские рестораторы. — Прим. ред.) не идет. Поймать питерскую культуру тяжело. Я считаю, что Екатеринбург еще не Москва и не Питер, но здесь есть что-то от этих городов и еще свое. 


— Что, например?

 

— В Екатеринбурге почему-то так сложилось, что гости очень сильно разбираются в еде. Они понимают, что вкусно, а что нет, это очень заметно. Откуда у них сформировались такие правильные рецепторы, непонятно, речь именно о культуре потребления ресторанов. Другие города похуже в этом плане. Новосибирск, Самара, Тюмень могут есть что угодно. Екатеринбург удивительный. Даже если посмотреть на архитектуру. Тут есть, во-первых, самый северный небоскреб, во-вторых, их два, есть здание, которое строят по проекту Нормана Фостера, я молюсь, чтобы был зал филармонии от бюро Захи Хадид.


В заведении открытая кухня — гости могут видеть, что готовят повара 


По словам операционного директора сети Руслана Мухаметшина, по пятницам и субботам с 9 до 12 в ресторан стабильно стоит очередь из посетителей


— Вы упоминали Александра Раппопорта, у нас ведь открывался его проект — «Воронеж», как думаете, почему не пошло дело и пришлось закрыться? 


— Вообще, когда меня спрашивают про то, получится ресторан или нет, я всегда говорю: 50 на 50. Это реально как лотерея. Очень много факторов влияют, первый — локация, это самый важный фактор. Я понял, что для своих 22 ресторанов я ни разу не нашел идеальной локации. Только интуиция работает. «Воронеж» — это проект московского уровня, для Москвы, когда ты в Москве, особенно если ты там постоянно не живешь. Если в «Воронеже» бургер будет 300 рублей минимальный, а в соседнем заведении будет 600, ты подумаешь: блин, Москва капец дорогая. А в Екатеринбурге ты будешь выбирать, тебе же не надо выживать. Ты вообще можешь домой поехать и поесть. А Eshak почему не так круто зашел? В Казахстане они закрылись тоже. Хотя там мне понравилось больше, чем в Москве, — по меню и по качеству еды. А тут, казалось бы, Светлаков (Сергей, владелец ресторана), все его знают, местный герой, а зашёл не так круто…


Днём здесь людей немного, а по вечерам, говорят, очереди


Такая вот раковина в виде ванны



На вопрос, почему появляются очереди, учредитель ответил, что и «сам в шоке» 


Сегодня мы вам рассказывали, как уволенный из «Гордон'c бара» Евгений Кексин открыл один из самых популярных баров Екатеринбурга.