В результатах экспертизы указано, что у Воробьева появились «бредовые идеи преследования, отравления»

Застройщика Владимира Воробьева, осужденного на 6,5 лет колонии, психиатрическая экспертиза признала невменяемым. Это следует из документов, оказавшихся в распоряжении Е1.RU. Сейчас Орджоникидзевский районный суд решает, нужно ли принудительно лечить Воробьева — вчера по этому вопросу прошло первое заседание. 


Владимир Воробьев был самым известным в Екатеринбурге строителем трехэтажных и четырехэтажных домов-многоквартирников на землях, предназначенных для индивидуального жилищного строительства. Легализовать их не удалось, и многие из этих домов были снесены по решению суда, а покупатели жилья в них потеряли деньги. Застройщик обманул покупателей на 149 миллионов рублей.


Воробьев в суде по предыдущему уголовному делу 


Последний заявленный проект Воробьева был еще более грандиозным —  9-этажка в частном секторе Эльмаша, на Стачек — Фрезеровщиков. Строить ее так и не начали из-за уголовного дела и суда, но продать квартиры там застройщик успел. Сейчас Воробьев в заключении, но в отношении него завели новое уголовное дело — были выявлены еще 34 обманутых покупателя, эпизоды с которыми объединили в одно дело. В ходе расследования этого уголовного дела и была назначена судебно-психиатрическая экспертиза. 


Обманутые покупатели жилья считают, что таким образом Воробьева пытаются увести от ответственности. Орджоникидзевский районный суд, где рассматривались данные экспертизы, был закрытым — пустили туда только пострадавших по последнему уголовному делу. 


— В деле есть заключение специалиста, что Воробьев — временно невменяемый, на полгода, — рассказала одна из пострадавших по имени Наталья, которая потратила 1,8 миллиона рублей на квартиру в многоэтажке в частном секторе Эльмаша. — Я вчера была в суде — он адекватно отвечал на все вопросы. В суде нас собрали как баранов и просто поставили перед фактом. Впоследствии просто попросили рассказать, как мы познакомились, как и что происходило. Но мы не согласны, были нарушены наши права, потому что следователь был обязан уведомить нас о самом факте экспертизы. Но этого не произошло. 



В заключении экспертов указывается, что в период совершения Воробьевым преступлений он осознавал, что делает, и признаков психического расстройства у него не было. Но оно появилось после стресса, вызванного судом и заключением под стражу. 


«Воробьев В. Л. мог в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, в полной мере осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, — говорится в протоколе допроса эксперта, проводившего экспертизу. — В дальнейшем, не позднее 1.03.2018, на фоне стресса, вызванного длительным пребыванием в судебно-следственной ситуации, арестом и осуждением к лишению свободы, у Воробьева В. Л. развилось временное психическое расстройство психотического уровня в форме реактивного расстройства». 


Эксперты считают, что решение возвести эту 9-этажку в частном секторе Воробьев принял во вменяемом состоянии, но вот сейчас он не может осознавать последствия своих действий 


Среди проявлений психического расстройства в экспертизе называются такие признаки, как «сниженный фон настроения», «выраженная тревожность, напряженность, подозрительность», «болезненная фиксация на судебно-следственной ситуации», «снижение общей интеллектуальной продуктивности», «пессимистическая оценка своего будущего».


Кроме этого, среди признаков — «бредовые идеи преследования, отравления», «грубое нарушение общей критики, прогностических способностей и способности к произвольной регуляции своих действий». Сейчас, считают эксперты, Воробьев как раз не осознает акт своих действий и опасность и не может ими руководить. Следовательно, он не может правильно воспринимать обстоятельства дела, в его отношении сейчас нельзя проводить следственные действия и его следует направить на принудительное лечение. 


При этом эксперт отмечает, что Воробьев может выздороветь, процесс этот может занять около полугода — и тогда он сможет продолжить отбывать наказание.