Второе Пришествие и Великий Суд.

Истинно говорю вам

но в религии, которая искажена, оболгана

как, где и кем?

Общепринято предположение, что ессеи были хранителями этого знания, людьми, инициировавшими Иисуса и давшими ему образование. Если это так, то Иисус, без сомнений, был посвящен в том же самом храме Мельхиседека, где за шесть веков до этого был посвящен Пифагор.
Ессеи, наиболее видная из ранних сирийских сект, были орденом благочестивых мужчин и женщин, ведущих аскетическую жизнь, проводящих свои дни в простых трудах, а вечера в молениях.
Имя ессеи произошло, судя по всему, от древнего сирийского слова, означающего «врач»; верили, что эти добрые люди целью своего существования полагали лечение болезней ума, души и тела. Согласно Эдуарду Шюре, у них были две общины: одна в Египте на берегах озера Маорис, а другая — в Палестине в Энгадди, около Мертвого Моря.
Ессеи считались наиболее образованными среди евреев, и часто именно они выбирались в качестве учителей для детей римских офицеров, пребывавших в Сирию.
Подобно гностикам, ессеи были эманационистами. Одна из их важнейших целей состояла в том, чтобы перетолковать Закон Моисея в соответствии с определенными секретными духовными ключами, сохраненными для них со дня основания их ордена. Тогда следовало бы ожидать, что ессеи были каббалистами и, подобно некоторым другим сектам того времени в Сирии, ожидали прихода Мессии, предсказанного ранними писаниями Библии. Иосиф и Мария, родители Иисуса, как полагают, были членами ордена ессеев. Иосиф был намного старше Марии. Согласно «Protevangelium», он был вдовцом со взрослыми сыновьями, и, как утверждается в евангелии от Псевдо-Матфея, он относился к Марии как к ребенку, ведь лет ей было меньше, чем его внукам.
Иисус получил воспитание и образование у ессеев и позднее был инициирован в их наиболее глубокие мистерии. Подобно всем великим посвященным, Он должен был совершить путешествие далеко на Восток, и годы жизни, о которых ничего неизвестно, Он, без сомнения, провел в ознакомлении с секретными учениями, позднее переданными Им миру. Подверженный аскетической практике Его ордена, Он приобщился к христионизированию.
С народом Иисус говорил притчами, с учениками Он также говорил притчами, хотя более возвышенного и философского толка.

Согласно общепринятой концепции, Иисус был распят на тридцать третьем году Его жизни и на третий год Его служения после крещения. Около 180 года св. Ириней, епископ Лиона, один из наиболее видных доникейских теологов, написал работу «Против ересей», направленную против доктрин гностиков. В ней Ириней прямо говорит, что сами апостолы невольно свидетельствуют о том, что Иисус дожил до преклонных лет. Цитирую: Они, однако, утверждают ложное мнение, говоря, что Господу был отпущен всего один год, что только год Он учил, а затем принял страдания на двенадцатом месяце. Говоря такое, они забывают, что действуют против себя, разрушая тем самым всю Его работу и силой умаляя Его век, которые гораздо более необходимы и почетны, чем все остальное. О Его большем возрасте, по моему разумению, свидетельствует то, что как учитель Он превзошел других всех. А то как бы Он имел учеников, если бы не учил? А как бы Он мог учить, не достигни он возраста Мастера? Когда Он принял крещение, ему пошел только тридцатый год (по этому поводу Лука говорит: «А Иисусу пошел тридцатый год, когда Он принял крещение»), и в соответствии с мнениями этих людей Он учил один лишь год после крещения. Достигнув лишь тридцати с лишним годов, Он принял муку, будучи, по сути, очень молодым человеком, далеким от зрелого возраста. Первые тридцать лет, по разумению любого человека, есть ранняя стадия жизни, средняя объемлет возраст до сорока, и только после сорока и пятидесяти лет человек клонится к старости, и именно в таком возрасте Он выполнял долг свой Учителя, что бы там ни говорили Евангелия и старцы. Те, кто встречался в Азии с Иоанном, учеником Господа, утверждают, что он говорил им об этом. И он оставался среди них и во времена Траяна. Некоторым довелось видеть не только Иоанна, но и других апостолов и слышать от них то же самое, и при этом они клялись, что слышанное ими справедливо. Но кому мы тогда должны верить? Этим людям или же Птолемею, кто и во сне не видел ни малейшего следа апостолов?