Drugstore

- Конечно, с удовольствием тебе помогу, - с плохоскрываемой радостью сказал Гвоздь.
- Ну, где встретимся?
- Я сейчас к тебе в центр приеду.
- Тогда возле "Восстания", круглой, за сорок минут доедешь? - спросил Олег.
- Доеду, только давай лучше не у метро, - Гвоздь на секунду задумался. - Давай, знаешь аптеку на углу Невского и Лиговки?
- Конечно.
- Ну вот там, в два.
- Окей, - сказал Олег и повесил трубку.

Олег взглянул на часы, было пять минут третьего. "Значит? он тоже опаздывает, - подумал Олег, - не мог же он уйти". С часов перевел свой взгляд сначала на молодую маму, нежно обнимающую своего малыша - картинка была настолько идеальна, что становилось даже противно, - потом на большую вывеску "Drugstore". История про наркотики - "перевел" Олег.
В своей жизни Олег руководствовался правилом, что все надо попробовать. На остроумные предложения друзей попробовать секс с мужчиной или прыгнуть из самолета без парашюта, ведь он этого тоже еще не пробовал, он не обращал внимания. В крайности он впадать не собирался, точно так же он совершенно не собирался стать торчком, прекрасно видя, к чему это все, в конце концов, приводит. Он даже дал себе зарок, что не будет в его жизни второго раза, даже если первый ему очень понравится. "Возьмите сто своих лучших оргазмов умножьте их на десять и все равно вы не получите даже жалкого подобия этого кайфа", - утверждал киношный герой. В жизни Олега вряд ли набралось сто оргазмов, но даже если взять двадцать пусть не самых лучших и ни на что не умножать, то это уже стоило попробовать.
- Извини, транспорт, - Гвоздь хлопнул его по плечу, - пойдем-ка, в аптеку зайдем.
Гвоздь же подобного правила не придерживался, и если бы его спросили, то он бы ответил, что есть в жизни вещи, которые никому никогда и ни при каких условиях пробовать не рекомендуется. Но, несмотря на все это, он в свои двадцать лет он уже успел доторчаться до такого, что просыпался "на кумарах". Как человек не менее трезвомыслящий, чем Олег, он понимал, что все слишком далеко зашло, а губить свою жизнь в самом ее расцвете отнюдь не собирался. Но он плыл по течению, и сопротивляться было лень. У него просто не было стимула. До недавнего момента не было, но вот стимул появился, даже два. Первое - это бабушка, его горячо любимая бабушка собиралась подарить ему квартиру, а второе - хотя по значимости это, конечно, первое - девушка, два раза случайно встреченная им в магазине. От её взгляда у него начинало что-то шевелиться внутри, и обычно наглый и незастенчивый Гвоздь не мог преодолеть неизвестно откуда взявшуюся робость, чтоб подойти и познакомится. Он так и стоял, глупо улыбаясь, слушая, как кровь стучит в его висках. Но, очень хорошо научившись "пробивать", он уже выяснил, как зовут эту девушку и место ее дислокации по выходным и праздникам. И уже готов был предстать перед ней, но делать это он собирался не под кайфом, а под кайфом он был всегда. Поэтому, вчера, ложась спать, он твердо решил сегодня, проснувшись сразу отвести себя в нарколожку, но с утра позвонил Олег, а отказаться от такого взгрева было выше его сил.
- Два шприца инсулиновых и водичку, - попросил Гвоздь, положа деньги.
Эй, ты что, я не собираюсь вмазываться, - тихо сказал Олег, ему стало так стыдно, что он боялся поднять глаза на продавщицу, а когда все же осмелился на нее взглянуть, то не заметил того презрения, которое рассчитывал увидеть. В ее взгляде было равнодушие, и в конце она даже слабо улыбнулась.
- Один шприц, девушка, - недовольно сказал Гвоздь.

- Все в порядке, - Гвоздь вынырнул из парадной, пряча что-то блестящее под верхнюю губу.
- Это зачем? - спросил Олег, вся околонаркотическая прелюдия была ему жутко интересна.
- Так, на всякий случай, - Гвоздь быстро двинулся прочь от опасной парадной.
- Если случай настанет, проглотишь? - Олег был гораздо ниже Гвоздя и чтоб задать вопрос, глядя в лицо собеседнику, ему приходилось семенить еще быстрей.
- Дурак что ли?! Выплюну.
- А зачем в рот? - не унимался Олег.
- Чтоб отпечатков не осталось, - Гвоздь медленно без раздражения отвечал на вопросы. Со стороны это смотрелось, как будто опытный сэнсэй открывает великие тайны перед своим учеником.

Пройдя сквозь несколько дворов, они зашли в парадную. Поднявшись на второй этаж, Гвоздь разбил ампулу и, поставив ее на подоконник, высыпал туда содержимое одного из пакетиков. Потом он открыл второй пакетик и, улыбнувшись Олегу, высыпал его туда же. Облизав второй пакетик, он опять посмотрел на Олега и снова улыбнулся:
- Ах да, ты же не хотел вмазываться, - сказал Гвоздь голосом полным переживания, - а я совсем забыл. Блин, какая досада.
- Сука, торчок поганый, - Олег убрал только что вынутые карты обратно в кошелек, - всю совесть проторчал. Его и так взгревают, а он и здесь умудряется скрысить, - Олег был не на шутку рассержен, перспектива вставлять иглу в вену его нисколько не радовала.
Я же для твоего же блага, - стал оправдываться Гвоздь, - ты знаешь, сколько кайфа останется в ноздрях, так и не попав по адресу? Да не грейся ты, поставишься первый, а я после тебя. Я не брезгливый.

Ну, все готово, - Гвоздь аккуратно поставил закопченную ампулу на подоконник. И стал распаковывать шприц. Последняя надежда Олега на то, что ампула все-таки лопнет, оборвалась. Гвоздь выбрал все из ампулы, перевернул шприц, постучал по нему и выпустил воздух. - Ага, - сказал он, посмотрев на деления, и, закрыв один глаз, что-то просчитал в уме. - Руку, больной, - повернулся он к Олегу. Олег нервно сглотнул, закатал один рукав и подставил руку.
Пережми здесь... выше... ага вот тут. Какие хорошие вены, - страх Олега еще больше веселил Гвоздя, - так и просят иглы. - Олег отвернулся. В школе он всегда боялся уколов, особенно в вену, и он всегда любыми путями старался их избегать. Ну а в то, что когда-нибудь он будет вмазываться героином в вонючей парадной, он ни за что бы не поверил. Но это была реальность, реальная парадная с реальной вонью, реальный шприц с реальным героином, который в данную секунду абсолютно реально входил к нему в вену.
Эй, нажми здесь, - Когда Олег увидел шприц, торчащий из своей вены, то ему стало плохо, но он все же сделал то, о чем просил его Гвоздь. - Сейчас я вытащу, а ты нажми еще сильнее и держи, чтоб синяка не было.
Олег много раз слышал про "кайфовый приход", но в данный момент он ощущал только, как горели его уши и очень отчетливо слышал, как бьется сердце. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Ему стало плохо. Ну и в чем же кайф - хотел он спросить у Гвоздя, но выдавить смог только "Нннэ". "Может, на улице полегчает", - подумал Олег и стал спускаться с лестницы, так и не раскатав рукав обратно. Ноги, как и все тело, плохо его слушались, и он спускался очень медленно, как заржавевший железный дровосек, не сгибая коленей.

- Что-то вы, сударь, бледны, - Гвоздь вставил сигарету в рот Олегу и поднес огня.
Олег сидел на скамейке во дворе, сложив руки на коленях. Ему было плохо. Ничего конкретно не болело, но общее ощущение было плохое. "Какой же это кайф, когда тебе плохо, - подумал он, - может, героин был дерьмовый". Он спросил об этом у Гвоздя.
Не, - ответил Гвоздь, - героин бывает двух видов: первый - это когда прёт, а второй - когда не прёт, третьего не дано. Нам повезло - нам попался первый, причем хорошего качества, так что кайфуй.
Гвоздь отошел к бакам с мусором, его "прополоскало".
- Ну, это будет точка, - начал он вернувшись, - жирная точка, пора прекращать это гиблое дело, ну может еще сегодня вечером возьму а завтра стопудово пойду лягу в больницу. Прикинь, бабка моя достроила, наконец, свой коттедж, он весь такой комфортабельный, - Гвоздь попытался показать руками какой он комфортабельный, - там все есть: подземный гараж, телефон, ванна, джакузи, наверное, короче все для беспечного существования. И она там собирается с дедом поселиться, а хату свою она хочет переписать на меня, я ж её любимый внук, она всегда видела во мне кучу скрытых талантов, - Гвоздь гордо выпрямился и посмотрел на Олега. - Эй, ты, глаза не закрывай, а то ты меня пугаешь, - Олег медленно поднял одно веко. - Вот так. Так о чем это я. А, бабка. Ну да, хочет она своему любимому внучку квартиру подарить. Только предки могут легко ее отговорить, ведь репутация-то у меня подмоченная, складывается такое впечатление, что они уже крест на мне поставили, держат меня за торчка конченного. Но я ведь не такой. Я перекумарюсь и восстановлю свою репутацию. Ведь стимул есть. Поменять комнату в родительской хате в Купчино, куда даже чтоб тёлку привести, чуть ли не разрешение спросить надо, на четырехкомнатную квартиру в центре, в Толстовском доме. Хороший это стимул? Как ты думаешь?
Олег сидел, не меняя позы, сложа руки на коленях, глаза его были закрыты, а пепел с наполовину истлевшей сигареты упал ему на грудь.
Эй, чувак, глаза не закрывай, я кому говорю, - Гвоздь подскочил к нему стряхнул пепел, и стал тормошить. - Эй, хорош прикалываться.
Гвоздь не на шутку испугался, он бил Олега по щекам, натирал ему уши. Он даже отбежал к арке, но потом вернулся и вновь начал теребить Олега. Но Олег уже ничего не чувствовал, он слышал лишь чей-то сердитый голос, раздающийся с многократным эхом в его голове: "ННУНЧУТЧОТПОПООПРПОРБОЫБВЫАВЛАЛ?"

героин -нехорошо

Это уход в короткую параллельную жизнь.

ну -видишь чувак ушол и не вышел. или вышел все-таки?

Да мне собственно по барабану :-) Торчков никогда жалко не было :-)

лучше забухать, проживешь по крайней мере дольше.

Лучше дунуть! :-)
Пить тоже вредно!

Если рассуждать, то я с полной ответственностью, могу заключить следующее: не стоит так категорично выбирать это "лучше".
По сути, алкоголь в чрезмерных дозах "забухать" тоже не несет положительного ровным счетом ничего.
"Дунуть" многие утверждают, что это безвредно, так ли это?! Свежо придание , да вериться с трудом.
О вреде наркотических средств вообще не стоит говорить и так все ясно.
В итоге вывод. Зачем искать допинги подобного рода, если они пагубно влияют на человеческий организм и психику. А также является носителем проблем для окружающих принимающего человека.