Связанные руки 2

Насколько я помню сюжет фильма - там ни фига не мелкая рыпка была. Шарон Стоун - просто душка :-)

Как кот - хожу где вздумается и вообще гуляю сам по себе ;-)

Там еще ножик для колки льда был, насколько я помню....

Да мы никому зла не желаем! :-)
Но и к себе не хочется негативного воздействия!:-)

"Мы мирные люди, но наш бронепоезд на знаки не смотрит" (с) )))

вот Лехины стихи
То частенько, а то редко,
То слабы, а то крепки,
Как верёвочную сетку
Мастер вяжет узелки.

Это вам не танцы в баре!
Намотай себе на ус -
Мастер делает "шибари",
У него отменный вкус.

Я попалась в эти сети -
Стянута втугую грудь,
Вся в верёвках, как в корсете,
Ни согнуться, ни вздохнуть.

Руки сзади - локоть каждой
Упирается в ладонь.
Я томлюсь любовной жаждой,
Разгорается огонь.

А последняя верёвка
И последний узелок,
Как печать - любовно, ловко
Лягут точно между ног.

Мне и холодно, и жарко,
И вот именно когда
Кожа под верёвкой ярко
Покраснеет от стыда,

Плотно и слегка небрежно,
Отпуская тормоза,
Шёлк повязки тихо, нежно
Закрывает мне глаза.

Вот и всё. Готово дело.
Можно лишь лежать и ждать,
Слушать собственное тело,
Наслаждаться и страдать,

Задыхаясь от волненья,
Растирая узелком соски,
Ощущать прикосновенья
Сильной ласковой руки,

Быть моделью, куклой даже,
Стонать, биться и кричать,
И, когда вся страсть нахлынет,
В муках наконец кончать.

После, лёжа на циновке,
Замирая, чуть дыша,
Вздрагивать, когда верёвки
Режет лезвие ножа,

Вздрагивать, когда мурашки
Бегают туда-сюда,
Вздрагивать, когда из чашки
На лицо течёт вода,

Вздрагивать, когда с окраин
Кровь по венам закипит,
Вздрагивать, когда любимый
Тихо шепчет: "Потерпи."

Ног не чую, ломит руки,
Еле ими шевелю.
Как я жажду эти муки,
Очень жажду и люблю!

(rem)

:-)

а я говорю не "про там", а про то, что у нас есть ;-)

Надо было написать: "Коротко о главном!"
А помимо стихов еще Мишины тексты....
А еще наши фото...

давайте сюда тексты!!! )))

Фотки в первом посте

да побольше-побольше :-)

Не знаю как у вас, а меня всё, что должно быть у настоящего мужчины ниже пояса, но выше колена присутствует на месте ;-)

жаль тетрадь со стихами дома.. +)
щас бы чего нить накреативил.. +)

Креатив от ЛэйзиФао
История 1
Конец мая. Стоит расчудеснейшая, совсем не майская, а скорее - июльская погода. Очень солнечно, летает ранний тополиный пух, много тепла как на улице - для всех, так и внутри каждого - "для своих". Квартира, окна нараспашку, по комнатам гуляет теплый сквозняк, надувающий парусами задернутые шторы. Интимный полумрак, располагающий к доверию и играм. В квартире Он и Она.
Он немного смущен, но полон решимости все сделать так, чтобы у Нее потом в воспоминаниях был только восторг, Он уверен в том, что все получится.
Она немного боится, но, раз решилась, то, выходит, - доверяет. Нужно свыкнуться с непривычной ролью, отдаться ощущениям и быть открытой новому.
Гостиная. Разложен громадный диван. На креслах в беспорядке валяются вещи. Ее и Его.
На полу два бокала и темно-зеленая бутыль красного полусладкого вина, коробочка шоколадных конфет небрежным движением задвинута под диван. В воздухе распылено легкое напряжение, ведь, - все в диковинку.
Она садится на разложенном диване, свернув ноги калачиком - в позу лотоса. На Ней только нижнее белье. Он берет Ее руки и мягким, но решительным движением заводит их Ей за спину. На Нем тоже только плавки. Берет длинную, толстую, мягкую веревку, делает на одном ее конце петлю, продевает оба Ее запястья внутрь петли, не туго затягивает ее. Начинает укладывать веревку петлю за петлей вокруг сомкнутых вместе запястий. На шестом витке останавливается, продевает длинный хвост веревки между связанных рук, стягивая витки вместе так, чтобы получилась лежащая на боку восьмерка, внутри которой ее тонкие запястья.
Он наполняет бокалы на треть вином. Садится напротив Нее, поит Ее вином, пьет сам. Спрашивает: "Все хорошо? Тебе нравится?". Она смущенно отвечает: "Да, все хорошо, продолжай."
Вернув бокалы на пол, продолжает опутывать ее руки. Теперь локти. Он снова делает петлю, продевает в нее локти. Затягивает петлю так, чтобы локти сомкнулись. Веревка ложится виток за витком, увеличивая сумму ее беспомощности.
Он помогает Ей пересесть так, чтобы Она могла облокотиться спиной на Него, а Он мог облокотиться спиной о спинку дивана. Еле касаясь Ее кожи подушечками пальцев, нежно гладит Ее животик. Ладошки скользят по ее бокам. Он слушает ее дыхание, улавливает Ее реакцию. Ее глаза закрыты, а рот напротив - приоткрыт. Дыхание глубокое. По Ее коже бегут мурашки. Ей нравится.
Самыми кончиками пальцев с коротко, аккуратно остриженными ногтями, Он проводит по внутренней поверхности Ее бедра, то почти вторгаясь в интимные зоны, то вдруг отступая, кокетничая и флиртуя на уровне ощущений с Ней. Она откинула голову на Его плечо. Его руки возвращаются наверх. К застежке бюстгальтера. Он берется за застежку и замирает, - вдруг Она против. Но Она не останавливает Его. Он расстегивает бюстгальтер. Руки снова ласкают живот невесомыми движениями. Ласкают живот, подушечками пальцев проходит по ее ребрышкам, подбираясь к груди.
Ее руки, связанные за спиной в запястьях и локтях, заставляют Ее дерзко и беззащитно выпятить грудь, чем он пользуется с огромным удовольствием. Его пальцы проходят под самой грудью - там, где пару минут назад были косточки лифа. Пальцы левой и правой руки встречаются чуть выше ее солнечного сплетения и уже вместе устремляются вверх, где снова расходятся в стороны, и руки, каждая поотдельности, начинает рисовать на ее грудях спирали, сходящиеся к соскам.
Когда спираль, рисуемая Его пальцами, скрутившись в центре, почти встречает сосок, он останавливается и начинает рисовать спираль в обратную сторону, никуда не торопясь, наслаждаясь единовластием и беззащитным Ее доверием. Он влажно целует мочку Ее ушка. Когда спираль на груди снова раскручена, Его ладони, сложенные чашечкой, подбирают Ее груди снизу, но так легко и невесомо, чтобы можно было ощутить каждый тоненький бесцветный волосок, каждый пупырышек Ее покрытой мурашками кожи. Он гладит Ее грудь, а Ей кажется, что это порхает бабочка, еле задевая Ее своими крылами.
Его пальчики как бы невзначай иногда задевают соски, чтобы убедиться, что они тверды, чтобы получить осязаемое подтверждение Ее возбуждения.
Он отстегивает спереди бретельки от ее бюстгальтера так, чтобы его можно было снять, не развязывая Ее рук.
Сняв с Нее лиф, он целует Ее в уголок губ - прильнув к Ней своими губами, задержавшись на мгновение и еще чуть-чуть. После этого он покидает ее, снова наполняет бокалы вином. Садится напротив, любуясь ее призывно торчащими вперед отвердевшими сосками, делает глоток вина, делает еще один. Снова отпивает вина - ровно полтора глотка, но не глотает, а поит ее со своих губ, как пташки кормят своих птенцов. Ее горячие губы, жарко прильнув к Его влажным от вина губам, аккуратно вытягивают пьянящую жидкость. "Еще?" - спрашивает он? "Да", - кивает она. Он снова так же поит Ее вином.
Отправив бокалы на пол, Он придвигается к Ней близко-близко, аккуратно надавив Ей на плечи, помогает ей облокотиться на спинку дивана, а сам склоняется к Ее сосцам и нежно целует сначала левый, потом правый, будто здороваясь или знакомясь с ними. Потом снова целует левый сосок, но на этот раз задерживается. Его язык рисует колечко вокруг соска, потом второе, третье, и вдруг, неожиданным движением, напрягая язычок так, чтобы тот был не менее твердый, чем сосок, будто перечеркивает нарисованные колечки прямо по соску. Она вздрагивает от возбуждения. Он охватывает Ее сосок губами, плотно сжимает, зажав сосок, а потом берет сосочек весь целиком в ротик, будто стараясь всосать все Ее чудесную грудь целиком. Во рту жарко и влажно, а Его язык не дает ни секунды отдыха соску: то рисуя спирали снаружи внутрь, то изнутри наружу, то настойчиво теребя сосок язычком, то покусывая сосок зубками. Заставляя Ее дышать глубоко и прерывисто, Заставляя Ее вздрагивать.
Но, играя с одним соском, Он не забывает и о втором, деля свое внимание поровну между ними.
Теперь, когда напряжение спало, уступив все пространство комнаты возбуждению, он готов пойти дальше. "Можно, я завяжу тебе глаза?" - спрашивает Он. Она возбуждена, и вопрос не сразу доходит до нее. Но вот Она распахивает свои глазки широко-широко и, кажется, в них на миг промелькнул испуг. Но испуг прошел, во взгляде истома. Она доверчиво отвечает шепотом: "Можно". Он идет за шелковым платком. Вернувшись в комнату, замирает, любуясь связанною Ею. На его устах улыбка, выдающая предвкушение игры. Он помогает Ей отодвинуться от спинки дивана. Аккуратно собирает Ее волосы на затылке, а потом завязывает Ей глаза. Завязывает аккуратно, но плотно, обернув платок вокруг головы дважды, а на переносице оставив треугольничек так, чтобы она не смогла подглядывать.
Оставив Ее в комнате, Он идет в ванную. Включает горячую воду в полный напор, переключает поток на душ, задергивает шторку, чтобы брызги не летели на пол, и закрывает дверь ванной комнаты. Пусть прогревается.
Сам возвращается к Ней. Кормит ее конфектами, поит полусладким вином, выясняет, играем ли мы дальше, готова ли Она довериться Ему, ведь, теперь Она ничего не видит, а потому может полагаться только на Него. Конфекты, вино, спокойный разговор с завязанными глазами делают свое дело. Она соглашается. Он снова покидает Ее, снова идет в ванную и настраивает температуру воды, для верности проверяя ее локтем, так, чтобы было ни жарко, ни холодно. После чего приносит в ванну длинную толстую мягкую веревку и возвращается в комнату за Ней.
Помогает Ей встать. Спрашивает, не затекли ли руки. Конечно, затекли. Когда руки связаны за спиной в локтях, они всегда быстро затекают. Он развязывает ей локти, но запястья оставляет связанными. Она же попалась! И теперь-то уж Ей никуда не деться. Глаза тоже остаются завязанными. Он ведет Ее в ванную, где тепло и много пара. Там, встав перед ней на колени, снимает с нее трусики-стринги. Она не сопротивляется. Он указывает Ей залезть в ванну, одной рукой придерживая Ее, чтобы Она не потеряла равновесие, а другой рукой страхуя Ее ножки, чтобы Она не зашиблась о края ванной. Когда Она уже стоит в ванной, Он присоединяется к Ней. Берет в руки душ и начинает Ее поливать из него, стараясь не попасть водой на лицо и повязку на глазах. После чего устанавливает душ в держателе, наливает в ладошку гель для душа и начинает чувственно намыливать Ее, не оставляя ни единого квадратного миллиметра Ее кожи без внимания.
Его ладошки скользят по Ее плечам, по рукам. Веревка, которой связаны запястья, намокает. Его ладони теперь гладят Ее ягодицы, поднимаются по спинке наверх, через плечи и ключицы - к груди, потом Ее бочка, животик, Его левая рука скользит по Ее правой ножке, а правая рука - по левой ножке. Бедра спереди, бедра сзади, внутренняя поверхность бедер, теперь обе ручки моют каждую ножку. Коленка, ямочка под коленкой сзади, икры. Вторая ножка - точно так же. Он поворачивает ее к себе спиной, - на ладошке еще капелька геля. Он гладит и намыливает ее лобок, Его пальчики невзначай, мимолетом, проникают между лепестками ее половых губ. Она вздрагивает, связанные руки за спиной пытаются разомкнуться, но путы надежны и комфортны. Он встает перед Ней на колени, Она же стоит к нему боком. Теперь Его руки скользят по Ее ягодицам и между ними, другая рука в унисон первой гладит Ее половые губы. Шум воды, нежные ароматы геля, клубы пара и много ярких чувственных ощущений.
Повернув Ее к себе, Он расставляет Ее ножки так широко, как позволяет дно ванны. Теперь настало время более острых ощущений. Он устанавливает на краях ванной банную скамеечку, берет припасенную ранее веревку и привязывает Ее левую ножку на уровне коленки к скамеечке. Убедившись, что ножки разведены максимально широко, привязывает вторую ножку. Берет в руки душ и начинает смывать с Нее мыльную пену. Она стоит перед ним, влажно блестящая, с остро торчащими Ему в лицо сосками. Разведенными в стороны ножками. Связанными за спиной руками. Беспомощная настолько, что Он уже устал сдерживать животные инстинкты, - бурлящее в Нем желание, но - игра есть игра. Всему свое время. Он смывает с Нее пену, специально задерживая тугие струи душа на груди, с удовольствием наблюдая, как возбуждение рисует мимикой на Ее лице красноречивые картинки. Струи душа омывают животик, образуя мини-пороги и водопады на Ее пупочке, лобке.
По мере того, как струи душа спускаются все ниже и ниже, на Его лице расцветает улыбка, Он весь в предвкушении, но никуда не торопится. Потоки воды струятся по Ее ногам. Ее тело блестит - будто лаковое. Он разворачивает душ струями кверху. Так, чтобы струи, взлетая под острым углом вверх, разбивались о Ее животик и грудь в сотни мелких брызг. Он начинает опускать душ все ниже и ниже, целясь струями прямо между ее ножек. Теперь Он стоит перед ней на коленях. Его левая рука на Ее попке. Его лицо смотрит вверх - он наблюдает за Ее лицом. А правая рука собирается устроить возбуждающую диверсию. В тот момент, когда Ее половые губки разошлись в стороны под давлением струй и открыли Ее клитор, по Ее телу будто пробежала судорога. Она попыталась свести вместе ноги, но Ей это не удалось. Ее руки сжались в кулаки, снова разжались, пальцы переплелись. А он непреклонно продолжает сладко терзать Ее розовый, набухший от возбуждения интимный язычок. Из Ее груди вырывается стон. Она пытается сесть, но Его рука на Ее ягодицах не позволяет Ей уйти от тугих струй. Он поводит рукой с зажатой в ней душем из стороны в сторону, чтобы интенсивность ощущений не ослабевала, а сами ощущения были разнообразными. Не отпуская Ее, не убирая душ, Он впивается языком в Ее пупочек, ввинчивая его вглубь, наслаждаясь Ее стонами.
По Ее телу волнами бежит дрожь. Среди клубов пара по ванной в обилии витают флюиды дикого возбуждения. Смотрит на Нее. Ее ротик приоткрыт, грудь с шумом ходит вверх-вниз. Губы почти алого цвета. Соски набухшие и тверды. Он пальчиками разводит Ее половые губки и приникает своим язычком к тому месту, где лобок доверчиво приглашает взор ознакомиться с формой лепестков половых губок. Его язычок медленно, но настойчиво начинает проникать меж половых губок. Он, устроившись поудобней на дне ванной меж Ее связанных ножек, запрокидывает голову и, как изголодавшийся котенок лакает молочко, ласкает ее розовое, влажное, нежное, не прерывая движение язычком. Одна рука распростертой дланью прижимает ее ягодицы. Вся ванна в искрах капелек хлещущего вверх душа, а в воздухе Ее шумное дыхание, перемежаемое стонами. Другая рука мнет и гладит ее соски.
Она стоит в ванной. Слепа, как новорожденная кошечка. Руки связаны за спиной так давно, что кажется, будто их и не было никогда. Соски то сжимают, то отпускают. Сжимают как раз настолько, что в сосках рождается истома, остро-сладкая, как болгарский перец, волнами расходящаяся по всему телу и рождающая желание быть еще более беспомощной. Между ног поселился какой-то неистовый зверь, который, похоже, собрался съесть Ее, но не очень преуспел в этом, зато кажется, что уже целую бесконечность он дарит блаженство.
Он внезапно прекращает ласкать ее язычком. Не развязывая ног, развязывает Ее руки. Но не надолго. Лишь для того, чтобы связать запястья спереди и закинуть руки за голову. После чего делает пять оборотов толстой мягкой веревки вокруг Ее шеи. Витки "ошейника" свободно ложатся на Ее шею, не стягивая шею ни на йоту. Сразу же после этого связанные вместе запястья привязываются к виткам веревки на шее сзади. Ее локти смотрят в потолок, грудь приподнята.
Потом он отвязывает ее ножки от скамеечки. Обнимает одной рукой за спину, другой рукой за талию. Впивается в Ее губы своими. Его неистовый язык перплетается с Ее соскучившимся по поцелуям язычком. Он прижимается своим лобком к Ее лобку и они замирают на долгие секунды. Прервав поцелуй, Он садится на скамеечку. Одной рукой прижимает Ее к себе, так, чтобы Она села на Него. Не с размаху, а аккуратно. Именно так, чтобы можно было слиться в любовном единении. Другой рукой Он направляет напряженный алчущий любви орган в Нее. Она со стоном опускается на Него. Он зажимает пальчиками Ее соски, сопровождая такой грубоватой, но возбуждающей лаской каждое их общее движение до тех пор, пока шум воды не сливается со звуками оргазма.

История 2
Следующий майский день. Солнца чуть поменьше, зато все так же тепло. Типовая девятиэтажка. Вокруг девятиэтажки зеленые газоны, сплошь заросшие цветущими одуванчиками. Сочная такая зелень с праздничными брызгами желтого цвета.

Действо:
Герои те же. Она идет к Нему в гости. Поднимается по ступенькам к подъездной двери, набирает на клавиатуре домофона номер Его квартиры. Домофон издает переливчатые электронные трели. На третьем сигнале Он снимает трубку, спрашивает: "Кто?". Она коротко отвечает: "Я".
Она входит в подъезд. В полумраке подъезда после солнца перед Ее глазами плывут разноцветные круги. Она медленно идет к лифту, постукивая каблучками босоножек по бетонному полу. Проходя мимо почтовых ящиков, слышит, как проворачивается в скважине замка ключ. Поворачивает за угол и видит Его, гостеприимно распахнувшего перед Ней дверь своей квартиры.
Она проходит. Он закрывает дверь предбанника, входит вслед за Ней, закрывает дверь квартиры. Подойдя к Ней сзади, обнимает Ее за животик и за грудь, целует щечку. Она, повернув голову вправо к Нему, тоже целует Его. В губки.
Пытается освободиться от Его объятий, чтобы снять босоножки, но Он Ее не отпускает. Просит Ее замереть и не шевелиться, пока Он не разрешит. Снимает с Ее плеча сумочку. Откуда-то из-за спины достает знакомый читателям шелковый платок, складывает его по диагонали, подносит его к Ее глазам и, не прочитав на Ее лице протеста, завязывает Ей глаза. Опускается перед ней на колени. Расстегивает застежку на одной босоножке, на другой. Она, оперевшись на Него рукой, разувается. Он встает. Берет Ее за руку и ведет в комнату. В комнате все тот же интимный полумрак. Все те же желто-золотые, вздувшиеся парусами шторы, и теплый сквознячок. Но, не будь у Нее завязаны глаза, Она бы, наверное, очень удивилась произошедшей в комнате перемене.
Главная перемена коснулась потолка. Вместо люстры с потолка свисает известная Ей толстая мягкая веревка, продетая во вмонтированное в потолок кольцо, ранее скрытое декоративной основой люстры. В углу комнаты стоит некое подобие фотографического штатива, а еще большая сумка и лежащая на полу металлическая рейка с отверстиями по всей длине. Но она всего этого не видит. Он усаживает Ее на диван. Не разложенный. Спрашивает, не желает ли Она вина. Она желает. Он наливает в бокалы вино, садится перед Ней на пол. Она сидит на самом краешке дивана. Видно, что Ей не очень уютно. Он не спешит. Они пьют вино. Он говорит:
- Если ты не чувствуешь в себе готовности играть, я могу снять повязку с твоих глаз. Но тогда не получится сюрприза. Если ты хочешь играть, но тебе нужно просто освоиться, то садись удобнее, пей вино, а я побуду с тобой.
После этих слов Она садится глубже, откидывается на спинку дивана. Он все так же сидит перед Ней на полу, пьет вино маленькими глотками, поглаживает Ее ножку, обтянутую нейлоном телесного цвета. Она тоже пьет вино, в комнате царит тишина, которая, однако, никого не тяготит.
- Я хотел бы рассказать тебе о своих намерениях, - говорит Он, - я сегодня приготовил для тебя нечто особенное.
Он делает паузу, смотрит на Нее:
-Я хочу сегодня поиграть с тобой так, как кошка играет с мышкой.
Она заинтересованно склонила голову чуть набок.
- Ты знаешь, как кошки играют с мышками? - спрашивает Он.
Она отрицательно качает головой.
- Кошки играют с мышками так, чтобы мышка извивалась и бегала, но ничего не могла сделать против желания кошки. Ни убежать, ни бездействовать. Но я особенный кот. Я буду играть с тобой ради твоего удовольствия. Такого удовольствия, от которого ты не сможешь ни уйти, ни прекратить его. Ты меня понимаешь? - в Его голосе слышится что-то звонкое и острое. Что-то, от чего Она не решается сказать ни "да", ни "нет".
- Я хотел бы услышать от тебя два слова. - Он снова делает паузу, чтобы Она имела возможность подумать над тем, что же это за слова, - Я хотел бы, чтобы ты сказала мне два слова: "Я твоя".
Он сидит перед ней в позе лотоса. Его ладошки на Ее ножках замерли.
На Его устах мягкая улыбка. Но Она этого не видит. "Я - твоя", - говорит она.
Он просит Ее допить вино, оставшееся в бокале. Протягивает Ей руку и помогает встать с дивана. Выводит Ее на середину комнаты, ставит прямо под колечком, рядом со свисающей с него веревкой. Целует Ее в губы. Идет к большой сумке и вытягивает из нее такую же веревку, что свисает с потолка. Делает самозатягивающуюся петлю на веревке, берет обе Ее руки своей рукой так, чтобы Ее предплечья были параллельны полу и слегка затягивает петлю на Ее запястьях, оставляя расстояние между руками сантиметров в двадцать. Делает виток вокруг запястий, делает второй, третий. Продолжает накручивать витки, укладывая их один к одному и выдерживая расстояние между руками. Сделав с полдесятка витков от запястий к локтям, начинает укладывать витки обратно к запястьям. Сделав еще пять витков, продевает длинный конец веревки между ее рук и туго оборачивает веревку вокруг десятка витков на ее запястьях до тех пор, пока этот десяток витков не превращается в плотный широкий мягкий кокон, охватывающий ее руки.
Он просит Ее поднять руки над головой. Она слушается Его. А Он, придвинув стул, взбирается на него и, попросив Ее встать на цыпочки, привязывает Ее связанные вместе руки к кольцу, натягивая свисающую с кольца веревку так туго, как это возможно. Спустившись со стула, Он снова жарко целует Ее в губы. Просит Ее встать на полную стопу. Она встает. Он спрашивает, не туго ли стянуты руки, не больно ли. Она отрицательно качает головой. Он спрашивает, удобно ли Ей, Она согласно кивает головой. Он снова целует Ее и начинает снимать с Нее топик через голову. Сняв топик, он поднимает его повыше и подтыкает между витков веревки, которой связаны руки. Под топиком ничего нет. Обе Ее грудки приподняты, а соски выглядят так, будто вот-вот собираются набухнуть и отвердеть. Эта картина не оставляет Его равнодушным. Он склоняется к Ее груди, целует сосок, проводит вокруг него язычком, охватывает его губками, чуть покусывает и отпускает. Она вздрагивает, слышится вдох-выдох, по звуку больше похожие на стон. Второй сосочек Он пока оставляет без внимания.
Встав перед Ней на колени, расстегнул молнию на Ее юбке. Та соскользнула на пол. Она осталась в одних колготках и трусиках-стрингах. Он, взяв Ее за щиколотку, просит Ее поднять левую ножку. Она поднимает ножку, а Он опускает Ее ножку на пол вне колечка юбки. Точно так же они поступают со второй ножкой. Он аккуратно сложил Ее юбку и положил ее на диван. Вернулся к Ней. Встал у Нее за спиной. Обнял Ее обеими руками за животик, уткнувшись носом в шейку, поцеловал Ее в-то-самое-нежное-место-на-шейке-сзади-под-волосами. Провел ладошками по Ее бочкам, подобрался пальчиками к гладеньким подмышкам, прошелся по ним ноготками, поднялся ладонями вверх по связанным ручкам, дошел до веревок, спустился вниз, снова погладил бочка, бедра, обтянутые нейлоном, ножки, перевел ручки внутрь, поднялся вверх по внутренней стороне икр, мимо коленок к бедрам и, обхватив снизу ладонями Ее лобок, надавил снизу вверх, как бы прижимая Ее ягодицы к своему лобку. Она сбилась с ритма дыхания.
Ее отвердевшие соски красноречиво свидетельствуют о том, как Она себя чувствует. Он, заложив пальчики за резинку колгот, потянул их вниз, спустил их до Ее бедер и, деликатно действуя ладошками, спустил их до самых щиколоток. Опустившись на колени, поднял каждую Ее ножку и снял колготки совсем. После снял с Нее стринги, оставив Ее вовсе обнаженной. Поцеловал Ее губки, Он спросил: "Я продолжаю?". Она одними губами ответила: "Да". Он подошел к сумке и вытянул из нее еще одну веревку - потоньше. Толщиной с полмизинчика на Ее руке. Сложил веревку вдвое, сделал петлю, которую поместил на ее талии. Теперь двойная веревка свисает у Нее сзади. Оставив веревку, Он одной рукой обнял ее за животик, другой рукой отодвинул волосы, скрывавшую изысканную раковину Ее ушка и, прильнув губками, взял Ее мочку в ротик, то поигрывая с ней язычком, то посасывая ее, то покусывая мочку зубками. В то же время обе Его руки покинули животик и двинулись вниз. Одна рука замерла на лобке, а безымянный палец другой руки, предвкушая предстоящую встречу, устремился меж Ее половых губок, желая окунуться в нежное интимное пространство, чтобы, убедившись в Ее готовности, поиграть с Ее нежной трепещущей плотью, прикосновение к которой рождает сладкую вспышку, молнией пронзающую все тело.
Оставив Ее, словно оглушенную возбуждением, висеть на руках, пребывающих в комфортном и надежном плене кокона из веревок, подошел к стене и взял металлическую рейку, а из сумки выудил два браслета коричневой кожи, запирающихся маленькими навесными замочками. Он опустился перед Ней на колени, настойчивым, но мягким движением раздвинул ее ножки на две ширины плеч, обернул браслет вокруг ее лодыжки, приладил к браслету замок, дужку замка продел в отверстие металлической рейки, и защелкнул замочек. Второй браслет Он приладил ко второй Ее лодыжке. Чтобы пристегнуть браслет к рейке, пришлось еще немного раздвинуть Ее ножки. Ключики от замочков убрал с глаз долой.
Она, повисшая на веревках, пронзенная сладкой истомой от Его прикосновений, теперь не имеет возможности даже скрестить ноги. Он берет двойную веревку, свисающую у Нее сзади, пропускает ее между ягодиц, между половых губ и, чуть натянув ее, засекает то место, где веревка касается клитора. Возвращает веревку назад и вяжет на ней плоские узлы. Один на том месте, которое засек, один узелок вплотную к первому, но пониже, второй вплотную к первому, но повыше.
Закончив с узелками, Он снова пропускает веревку между Ее ягодиц, между ее половых губ, выводит наверх вдоль ее лобка и животика, пропускает ее под веревкой на талии спереди и тем же путем уводит эту двойную веревку назад, где привязывает ее к веревке на талии сзади. Он встает перед ней. На Ее щеках румянец, рот приоткрыт, Его лицо улавливает Ее жаркое влажное дыхание. Он снимает с Ее глаз повязку, начинает беспорядочно целовать Ее лицо: глаза, лоб, щеки, губы, скулы, ушки, спускается к шейке, к ключицам, жадно приникает своими губами к Ее губам, крепко прижимает Ее к себе, Его язык переплетается в поцелуе с Ее языком, а левая рука тянет за веревку, уходящую сзади вперед между ягодиц и Ее половых губ с узелком поверх Ее клитора. Сквозь поцелуй Она издает сладострастный стон. Он прерывает поцелуй, хотя вовсе не насытился им. Возвращает повязку на Ее глаза. Отходит в сторону и жадно смотрит на Ее гибкое тело с широко разведенными в стороны скованными ногами. Смотрит на то, как Она жарко и глубоко дышит, подвешенная за руки, вся во власти возбуждения.
Теперь, - Он считает, - можно приступать к главной сцене сегодняшней программы.
Он снова придвигает стул, встает на него и отвязывает Ее руки от кольца. Расплетает кокон, опутывающий Ее запястья. Но, не давая Ей и минуты свободы, тут же заводит Ее руки за спину, где, как и вчера накидывает на запястья петлю, в три витка связывает запястья вместе, пропускает длинный конец веревки между уже связанных рук, стянув путы на запястьях на манер восьмерки, положенной на бок. Тем же длинным концом связывает локти, притянув их вплотную друг к другу. Стоя позади Нее, прижимается своим напряженным членом к Ее связанным за спиной рукам, Она тут же начинает ласкать его через одежду. Он берет обе ее груди в руки, ухватывается пальчиками за Ее соски, твердо сжимая их. Из Ее груди рвется стон возбуждения. Он, положив Ее груди в свои ладони, как в чаши, зажав Ее соски между указательным и средним пальцами, прижимает груди одну к другой, наслаждаясь их восхитительной упругостью. Наслаждаясь игрой Ее рук с Его членом. Наслаждаясь Ее беспомощностью и своим всесилием.
Отстранившись от Нее, Он вновь привязывает Ее руки к кольцу в потолке, натягивая веревку, идущую от кольца таким образом, чтобы Она, повинуясь связанным за спиной рукам, поднимаемым кверху, наклонилась вперед. Он, пользуясь тем, что Она наклонилась, приступает к строительству следующего уровня возбуждающей ловушки для Нее. Берет загадочный штатив, стоящий в углу, устанавливает его между Ее ног, продевает болты на ножках штатива в отверстия на металлической рейке, фиксирующей Ее ноги в разведенном положении, и затягивает барашки на болтах штатива так, что теперь штатив - единое целое с рейкой-распоркой. Следующим ходом Он достает из сумки (ни за что не угадаете, - что) вибратор и устанавливает его в вертикальном положении на штативе. Встает перед Ней на колени и, поймав ртом Ее сосок, начинает его мять губками, играть с ним язычком и покусывать его зубками. Она начинает постанывать. Однако Он не может отдаться этому восхитительному занятию целиком. Лаская сосочек, он начинает поднимать установленный на штативе вибратор одной рукой, а второй рукой раздвигает двойную веревочку, которая связала Ее клитор. Она же, не подозревая об уготовленной ей участи, вся отдалась Его ласкам. Когда вибратор начал входить в Нее, Ее спина выгнулась еще более. Он еще интенсивней начал ласкать ртом Ее сосок, переключившись на другую грудку.
По мере того, как вибратор входил в Нее, Она встала на цыпочки, но уйти от вторжения внутрь себя Она не может, как ни старается. Он ввел вибратор в Нее на две трети. Она стоит на цыпочках. Теперь, когда Ее ножки устанут, ей придется встать на полную стопу, тогда вибратор войдет в Нее полностью. Он зафиксировал высоту. Обхватил обе Ее грудки ладошками и прижал их друг к дружке, так, чтобы Ему можно было взять сразу оба Ее сосочка в рот. Оторвавшись от ласок ее сосков, Он приготовился сыграть заключительный аккорд. Он налил в бокал вина. Сделал несколько глотков. Набрал вина в рот и начал поить Ее, как поил вчера, как кормят птицы своих птенцов - из губ в губы. Напоив ее, глядя на Ее лицо, он включает вибратор. По всему Ее телу волной пробежала крупная дрожь, спина выгнулась дугой, а из груди вырвался стон. Чтобы подлить масла в и без того полыхающий пожар, Он потянул и отпустил веревочку, играя узелком с Ее клитором. Ее дыхание превратилось в постоянные стоны. На коже выступили капельки пота. Он снова приник ртом к ее соскам. Поиграв с каждым, переключился на Ее губы.
И в момент единения их губ, сумма всех Ее ощущений привела Ее к оргазму. Он целовал Ее, а из Нее рвался оргазмический крик. Но он и не думал сразу освобождать Ее. Его замысел был коварней. Он, раздвешись догола, снял с Ее глаз повязку. Она, потерявшаяся в водовороте непрекращающихся оргазмичсеких ощущений, не сразу открыла глаза. Тогда Он позвал ее по имени, а Она, выйдя из темноты, царящей под повязкой, щурясь от неяркого, но слепящего света, увидела перед своим лицом Его эрегированный член. Страсть стала их общим языком, Он без слов понял, что Она согласна и приблизился к ней так, чтобы Она смогла подарить Ему наслаждение.
Повиснув на веревках, с широко разведенными в стороны ногами, с клитором, прижатым веревкой, и непрерывно работающим внутри Нее вибратором, она, почти утонувшая в ощущениях, утянула Его за собой в искрящиеся пучины оргазма.

История 3
Антураж:
Она у себя дома. Оказавшись вчера вечером в своей постели, буквально отключилась. А сегодня проснулась в чудесном настроении. Пока умывалась и приводила себя в порядок, распознала в себе что-то новенькое. После вчерашнего в Ней будто что-то сдвинулось, и теперь Она пытается оформить в мысли не дающие Ей покоя ощущения. Будто в Ней поселился хищник. Большая, очень сильная, очень опасная кошка, которая тоже желает поиграть с мышкой. Весь день Она размышляла, как много свободы дать своей фантазии, как далеко можно уйти в ее реализации с Ним. Не придя ни к какому выводу, решила все пустить на самотек.
Ей очень понравился фокус с завязыванием глаз сходу. Так, чтобы не иметь возможности ни разобраться в ситуации, ни подготовиться к ней морально, а все воспринимать непосредственно в тот момент, когда оно уже случилось. Когда звонит телефон, и Он говорит Ей, что выезжает, сердце Ее сбивается с ритма. Она начинает судорожно готовиться. Когда раздается звонок в дверь, Она уже почти готова.
Он заходит. После долгого поцелуя, Она, лукаво глядя на Него, просит Его закрыть глазки. Только Он закрывает глаза, Она достает свой шарфик и делает повязку Ему на глаза. Далее, следуя вчерашнему сценарию, помогает ему разуться и ведет Его в свою комнату. Ох, как хорошо, что Он ничего не видит, думает Она. И в самом деле, картина пугающая. В комнате, где обычно царит безупречный порядок, сегодня будто произошел взрыв с эпицентром в районе платяного шкафа.
Она снимает с него футболку. Снимает с него штаны. Оставив Его в комнате, идет в прихожую за знакомой всем сумкой, которую Он принес с собой. Раскрывает ее, вываливает ее содержимое на пол. Будучи не шибко искушенной в связывании, останавливает свой выбор на кожаных браслетах. Расстегивает замочки. Оборачивает браслет сначала вокруг одного Его запястья, продевает дужку замка в металлическую петельку на браслете, защелкивает замок, ключик кладет аккуратно на пол у кровати так, чтобы не потерять его. Берет второй браслет, оборачивает вокруг второго Его запястья. Дужку второго замка продевает сквозь петельку браслета, потом, сведя Его запястья сзади вместе, сквозь дужку закрытого первого замка, защелкивает замочек. Руки скованы. На Ее лице улыбка, в глазах огонь - Ей это определенно нравится. Вновь склоняется к высыпанным на пол аксессуарам, внимательно рассматривая каждый предмет. Натыкается взглядом на относительно длинную полоску широкой толстой кожи, похожую на браслет. "Ага, ошейник", - догадывается Она, и Ее губы вновь расплываются в хищной улыбке.
Усадив Его, Она встает на колени на кровать позади Него. Расстегивает замочек на ошейнике, оборачивает его вокруг шеи. "Не туго?" - спрашивает Она? "Нормально" - отвечает Он. Она застегивает ошейник, продевает дужку замка в петельку, защелкивает его, а ключик отправляет на пол к уже лежащим там ключикам от браслетов на запястьях. "Попался", - улыбается про себя Она. Укладывает Его спиной на кровать. Просит Его подвинуться чуть в сторону так, чтобы Он лежал четко посередине. Взяв веревку, продевает ее в дужку замка на ошейнике. Протягивает веревку к изголовью, снова возвращает к замочку, продевает в дужку во второй раз, возвращает веревку наверх и там привязывает ее к изголовью. Оставив Его лежать так, уходит на балкон. Спустя пару минут возвращается, держа в руках полутораметровую деревянную рейку. Подобрав с пола еще одну веревку, садится у Него в ногах. Приподняв Его левую ногу, кладет на кровать принесенную палку. Оборачивает его лодыжку несколькими витками веревки. Делает узел. Сверху на палку кладет Его лодыжку. Приматывает обвязанную лодыжку к палке. Переместившись ко второй ноге, снова обматывает лодыжку веревкой. Взявшись за палку, разводит Его ноги пошире и привязывает правую лодыжку к другому концу палки. Встает с кровати, отходит в сторону, удовлетворенно улыбается.
На четвереньках, но грациозно как кошка, она скользнула по кровати к Его губам. Воздушно поцеловала их. Поцелуями скользнула по щеке вниз к шейке, проследовала к Его груди, так же невесомо поцеловала оба его соска. Положила обе свои руки Ему на грудь, и, согнув пальчики на манер кошачьей лапы с выпущенными коготками, весьма чувствительно, но не больно провела ногтями вниз, прямо по его соскам, по груди, животу, а у лобка, убрав коготки, одними ладошками погладила напряженный холмик Его плавок и встала с кровати. Направилась к трюмо. Взяв с трюмо бутылек с лаком, вернулась к кровати, села верхом на его левую ногу, привязанную к импровизированной распорке и, встряхнув бутылек, открутила колпачок, и, со все той же лукавой улыбкой на устах, нанесла первый черный штрих лаком по ногтю Его большого пальца. Он, чувствуя Ее на своей ноге, однако не может понять, чем же Она занята. "Что ты делаешь?" - слегка охрипшим от Ее возбуждающей игры коготками голосом спрашивает Он. Она, ничего не ответив, лишь улыбаясь еще лучезарней, продолжает красить Его ногти на ногах. Лишь когда резкий химический запах достиг Его ноздрей, он заподозрил что-то неладное. Но было уже поздно.
Покончив с лаком на левой ноге, Она невозмутимо передислоцировалась к правой. Точно так же сев на нее сверху, продолжила методично наносить лак. Он же, не имея возможности даже сесть, почувствовал в себе неожиданный всплеск возбуждения от беспомощности в такой неожиданной ситуации. Она же, закончив и с правой Его ногой, оставила сохнуть первый слой лака и направилась к содержимому платяного шкафа, выложенному на кресло. Извлекает из кучи чулок и собирает его в гармошку до самого носочка. Подойдя к Нему, лежащему на кровати в самой что ни на есть беззащитной позе, приспускает его плавки и натягивает чулок на Его пенис и яички. Отрезав от тонкой мягкой веревки кусочек длиной в пару десятков сантиметров, перевязывает Его гениталии поверх чулка под яичками, не очень туго; после этого натягивает чулок под перевязью в сторону лобка так, чтобы он превратился в нейлоновый мешочек, наполненный Его гениталиями. После этого Она потянула чулок на себя, будто бы собираясь снять его, натягивая нейлон в сторону от лобка, так, чтобы второй слой нейлона скользил по первому. Потом снова перевязывает чулок вторым кусочком веревки, снова натягивает нейлон в сторону лобка и снова надевает чулок уже третьим слоем нейлона на гениталии, пребывающие в заточении. Таким образом поступает до тех пор, пока весь чулок не превратится в нейлоновую тюрьму для Его пениса и яичек. К этому времени Она вспоминает, что лак на ногах уже высох. Она снова открывает бутылек и, так же комфортно устроившись на его ногах, наносит еще один слой. Пока Она наносит второй слой лака, Ей приходит в голову, что второй чулок из пары остался не при делах и что лучше бы ему составить компанию первому. Когда Она заканчивает, в нейлоновом шарике между Его ног нет ничего, что напоминало бы пенис и яички. А Он, судя по Его отвердевшим соскам, очень возбужден. Постоянное давление на Его член не дает Ему ни мгновения для отдыха. Он еще не видит картину, которой Она наслаждается уже не одну минуту. А Она наслаждается не только Его беспомощностью, но и осознанием того, что теперь даже Его "мужское достоинство" в Ее плену.
Склонившись над Ним низко-низко, Она опустила голову так, чтобы Ее волосы ниспадающим колыхающимся водопадом упали на Его грудь. Поводя головой из стороны в сторону, Она со всей вдруг нахлынувшей на нее нежностью, ласково и тепло стала щекотать Его грудь прядями своих волос. Приобняв Его за торс, прижалась к Нему лицом, покрыла поцелуями Его шею, укусила за мочку, жарко и щекотно дыхнув Ему в ушко. Сев верхом Ему на грудь, - не всем весом, а деликатно, - всмотрелась в Его лицо. Сдвинув повязку на глазах вверх, дав ему проморгаться, поцеловала его глазки, скулы, щеки, губы. Легла рядом с Ним на бочок, прильнув к Нему всем телом, спросила: "Тебе нравится то, что я с тобой делаю?". Он, опустив глаза, оглядел себя, неопределенно повел плечом. "Мне продолжать?" - спросила Она, внимательно следя за Его реакцией. Он, ни секунды не размышляя, горячо кивнул головой: "Да!". Вернув повязку на глаза, Она вновь переместилась к Его ногам. Отвязала ноги от палки. Сняла путы с лодыжек. Потянула Его приспущенные плавки вниз. Убрала палку и веревку на пол и, чуть ли не хихикая, жутко довольная тем, что весь Ее план чудесно реализуется, выудила из кучи одежды свои стринги.
Положила Его ноги одну к другой. Повертев стринги то так, то эдак, стала их надевать на Него. Он, даже не зная, что с ним делают, действуя по наитию, начал было сопротивляться, плотно сжав колени, но Она быстро охладила Его бунтарский пыл, погладив и сжав нейлоновый шарик между Его ног. Натянув стринги до верха, попросила Его приподняться и надела их до конца. Насладившись видом нейлонового шарика, который ни капельки не скрывает узкий треугольничек стрингов, очень довольная собой, поиграла коготками с Его сосками. Снова направилась к залежам одежды, извлеченной из пустующего теперь платяного шкафа. Выудила пару чулок. Плотоядно улыбаясь, села у Него в ногах, положила Его левую ногу себе на колени. Собрав чулок, надела его на Его ступню и следующим движением натянула чулок на всю ногу. Взяв вторую Его ногу, повторила операцию.
Погладив обе Его ноги, Она вновь встала с кровати, извлекла из-под банкетки, стоящей у трюмо, пакет со всякими вышедшими из употреблениями своими вещами, выудила одну пару черных утягивающих шелковистых колгот. Сев на банкетку, взяв в руки ножницы, Она аккуратно вырезала у колгот ластовицу. Будучи целиком захваченная ощущением власти над Ним, Она стала надевать эти колготы на Его ноги. Полностью надев их на Него, поправив шарик, выглядывающий из разреза, Ей пришла в голову отличная, как Она решила, мысль. Она сдвинула стринги вбок с шарика, выудила из пакета старые совдеповские плотные колготки телесного цвета, которые стали на пару размеров больше, чем были когда-то, когда были новыми. Прикусив нижнюю губку, с шальным огоньком в глазах, Она натягивает их поверх шарика и, отрезав еще один кусочек мягкой веревки, тоже перевязывает их ленточкой у основания шарика, привязав эту пару к Его "хозяйству", пребывающему в заточении.
Снова вернувшись к пакету, Она выуживает из него следующие три пары колгот. Вырезав у них ластовицу, идет к кровати. Отвязав веревку от замка ошейника, Она перевернула Его на живот. Расстегнула браслеты на запястьях, сняла их, расстегнула и сняла ошейник. Не снимая повязки с Его глаз, указывает Ему сесть на кровати, опустив ноги на пол. Подняв обе Его руки вверх, просит Его так и держать их, и надевает все три пары одну за другой на Его руки и торс, продевая Его голову в отверстие вырезанной ластовицы. Разрешает Ему опустить руки и, увидев, что резинки колгот на торсе норовят уползти наверх, берет иглу, продевает в ее ушко суровую нить и грубыми, но частыми стежками пришивает резинки колгот на торсе к резинкам колгот на ногах. Удовлетворенная результатом, Она извлекает из своего бездонного пакета еще колготки. Первой паре колгот засовывает один чулок внутрь другого и, не снимая с его глаз повязки, надевает оба чулка этой пары ему на голову, натягивает их до самой шеи, на шею вновь надевает ошейник поверх колгот. Застегивает его на замок, а колготы третьим и четвертым слоем нейлона поверх ошейника и лица возвращает наверх тем же манером, каким делала шарик между Его ног.
Закончив манипуляции с Его головой, Она принимается за его руки. Так же продев один чулок колготок внутрь другого, Она надевает их на кисть Его левой руки, перевязывает их очередным отрезком веревочки на запястье, возвращает их обратно, оставив колготки хвостиком свисать с его руки. С правой рукой поступает один в один так же.
Взяв моток скотча и свои туфли на каблуке, Она пододвигает банкетку к кровати и кладет на нее Его ногу. Она садится верхом на его ногу, лежащую на банкетке , подогнув свои ножки под себя и зажав между своими коленями Его ногу, затянутую в три слоя нейлона. С некоторым трудом, но все же надевает на Его ступню свою туфлю и тут же приматывает ее к Его ноге скотчем, методично укладывая виток за витком от носочка к самой лодыжке. Заканчивает с левой ногой, принимается за правую. Отодвигает банкетку в сторону, намотав на ладошки хвостики колгот, свисающие с Его рук, тянет Его на себя и с игривыми нотками в голосе просит Его: "Вставай!.."
Он встает, делает вслед за Ней мааааленькие неуверенные шаги, а Она тянет его в сторону шкафа, хихикая над его неуверенной пошатывающейся походкой. Он, несмотря на пресс необычных ощущений по всему телу, несмотря на организованную Ею слепоту, улавливает Ее настроение и тоже начинает хихикать. Подведя Его к шкафу, Она отходит назад на пару шагов и наслаждается плодами рук своих: Он стоит перед Ней, превращенный в нейлоновый кокон: голова превратилась в нейлоновый шар, с которого свисают шортики колгот, - ниже полоска открытой кожи, - шея и ключицы; ниже - снова нейлон, кисти рук - два нейлоновых шарика, с которых свисают по паре колгот; между ног - тоже нейлоновый шарик. Она, чувствуя необыкновенное возбуждение от такой наглядной иллюстрации своей власти над Ним, помогает Ему зайти в платяной шкаф спиной вперед и привязывает Его к перекладине, на которой висели плечики с одеждой,- сначала раскинутые в стороны руки - колготками, которые с них свисают, затем голову - колготками, внутри которой она заточена. Гладит шарик между Его ног, от чего по Его телу проходит легкая судорога сладкой истомы, с которой Он ничего не может поделать, будучи совершенно лишенным свободы движения. Затем Она закрывает шкаф и уходит в ванную, чтобы принять душ, и, заодно, дать Ему, пребывающему в темноте и в одиночестве, соскучиться по ней.
Спустя двадцать минут Она, завернутая в банное полотенце, под которым ничего нет, кроме ее упругого благоухающего тела, возвращается к Нему. Отвязывает Его голову, стягивает верхние два слоя нейлона вниз, расстегивает ошейник и вовсе удаляет колготки с Его головы. Снимает повязку с Его глаз. Умиленно смотрит, как Он моргает, привыкая к свету. Наслаждается необычной картиной Его тела, затянутого гладкой тканью. Поймав Его взгляд, томным движением Она раздевается, снимая с себя полотенце. Медленно подходит к Нему и дарит Ему долгий жаркий поцелуй. Оторвавшись от Его губ, она отвязывает Его руки и, так же потянув за хвостики колгот, увлекает Его к кровати. Поставив Его спиной к кровати, опускается перед ним на колени и привязывает хвостик колгот, свисающий с Его правого запястья, к Его правому бедру. Так же привязывает Его левую руку к левой ноге. Прижавшись губами к шарику Его спеленатого члена, она встает перед Ним и, толкнув Его, роняет Его на кровать. Закидывает Его обутые в туфли ноги на кровать, разворачивая Его так, чтобы Он лежал вдоль кровати, а сама встает на колени над ним, демонстрируя Ему свой любовный бутон и готовясь получить от связанного-Него удовольствие. Она опускается своими интимными лепестками на Его лицо. А Он, не дожидаясь, когда Она полностью опустится, сам подается ей навстречу. Она же, пользуясь Его беспомощностью и Его готовностью, полностью опускается на Его лицо, прижав Его голову к кровати, не оставляя Ему выбора.
Насладившись Его чувственными ласками, Она прерывает Его. Разворачивается кругом и, все так же стоя на коленях, опускается на локти и, дразня Его близостью, но недосягаемостью для ласок, развязывает шнурочек, которым привязала телесного цвета колготки к шарику Его члена. Отвязав колготки, приспустила их на столько, на сколько позволили колготки, которыми привязаны Его руки к Его бедрам. Опустила свою попку поближе к его лицу, чтобы Он мог возобновить ласки язычком Ее клитора. Тихонечко вздрагивая от Его возбуждающих движений, она продолжила развязывать Его член. Пребывая на все нарастающей волне возбуждения, Она принялась приводить в чувство Его пенис. Это не потребовало много усилий. Легкая игра пальчиков оживила его. А влажное тепло Ее ротика в сочетании с дразнящими движениями Ее язычка и губ быстро поставили его по стойке смирно. Добившись эрекции, Она переместилась ниже и, усевшись на него верхом, использовала плоды своих усилий для достижения сначала своего оргазма, а потом, пребывая в сладострастной невесомости, довела до полного опустошения и бессилия и Его.

кто силен в экономике ?
решите задачку ?
объем добычи щебня У зависит от кол-ва вложенного труда Х так, что У=6*корень2 Х. Цена щебня (рыночная) 40, з\п рабочего 30. Кроме З\п, другие издержки не учитываются, найти оптимальное кол-во вложенного труда рабочих.

Плежа... парируйте циничней )))

наши фото в первом посте. Мишины тексты выложила. Их ведь еще найти надо было, что вы себе думаете-то?

создайте для этого отдельную тему

это тут при чём? если уж и написать то нечего по теме то уж лючше пошутил бы поострее!:-)

или связал бы кого-нибудь

свяжу самую очаровательную... чтобы не убежала ...

выбирай!!!

тут никто не бегает

Ага! Мы ждем!

хе........... если только это характеризует "настоящего мужчину".........

ОБЪЯВЛЕНИЕ (повторное)
кому нужен файлик с эксклюзивными смайликами и картинками для форумов присылайте заявки на имайл.
ещё раз прошу прощения, но это "невиноватая я!" это почта почему то глючила. :-)